«Триумфальная арка» Ремарка: расщеплённая книга о войне и надежде. Но не о любви

Признаюсь: с произведениями Ремарка у меня отношения сложные.

В студенческие годы я прочла «Три товарища». Помню, что книга оказала на меня большое воздействие, и я даже приобрела в букинистическом магазине ещё несколько романов Ремарка, в том числе «Чёрный обелиск». Но до сих пор эти книги не прочла (с 2008 года). Просто не возникает желания вернуться в описанный Ремарком мир предельной остроты чувств.

Тем не менее, теперь возникла необходимость познакомиться с «Триумфальной аркой». Читала, наблюдая за собой с удивлением: мне и определённо нравилось, и столь же определённо не нравилось написанное.

Для меня «Триумфальная арка» как будто бы раздвоилась, разделилась на два романа. Кстати, сразу прошу прощения у всех, кто привык называть главного героя как Равика: я читала роман в переводе Михаила Рудницкого, и его интерпретация фамилии – Равич. Так вот, та часть романа, в которой описана линия Равича, то есть затронута тема войны, эмиграции, жизни беженцев, — великолепна. Поначалу Равич раздражал этой несколько бравирующей беспомощностью перед махиной мира, вечной выпивкой и просиживанием в барах. Но затем, уже в последней четверти книги, отомстив смертельному врагу, Равич неожиданно преображается: становится спокойным, собранным, деятельным, и даже надвигающиеся тучи войны и перспектива оказаться в концлагере для беженцев его не угнетают, а внутренне мобилизуют. Буквально на последних страницах романа, пронизанного мрачной атмосферой бессилия, Ремарк вводит… надежду. Недаром Равич предлагает другу Борису Морозову встретиться после войны в любимом обоими ресторанчике. И это «после войны», ещё пару недель назад бывшее для Равича невозможным, звучит уверенно и светло.

Именно такой настрой я считаю единственно возможным для любого человека в критической ситуации. Делай, что дОлжно, а там будь что будет. Просто делай своё дело спокойно и честно, с внутренней теплотой, не теряя надежды. И тогда ты победишь. Как говорится, такой концовки романа ничто не предвещало. Но Ремарк умеет удивлять.

Но, к сожалению, так называемая «любовная» линия, связанная с Жоан Маду, меня полностью разочаровала. Ремарк упорно называет это любовью. Даже пытается представить как нечто большее (мол, слова «любовь» недостаточно для характеристики такого «глубокого» чувства). Но любовь ли это? Для меня в описанной тяге между героями нет ничего от любви, особенно со стороны Жоан, перебиравшей мужчин, как перчатки, пользовавшейся Равичем, но пытающейся его и себя убедить, что она его любит.

В одном из писем (кажется, адресованных вдове композитора Густава Малера Альме – той самой, в которую был до умопомрачения влюблён художник Оскар Кокошка) Ремарк признавался, что ему стыдно вспоминать, что он принимал за Личность обычную пустышку. Это он об известных отношениях с актрисой Марлен Дитрих говорил. Известно, что в «Триумфальной арке» в образе Жоан выведена как раз Дитрих (хотя есть исследователи, которые считают образ собирательным – мол, не только Дитрих, но и княжна Наташа Уилсон (Палей) тоже).

Так вот, на мой взгляд Жоан Маду – действительно красивая пустышка. Женщина без своего «я» с претензией быть роковой красавицей. И связанная с ней линия в романе просто невыносимо мелодраматична и в самом худшем смысле этого слова романтична (я имею в виду тот самый махровый романтический канон, по которому один из влюблённых обязательно умирает в финале на руках у второго, и обязательно при вмешательстве злого рока). К добру или к худу, но романтический тип характера мне в принципе противоположен. Никогда не любила и не понимала мелодраматизма. И эта, мелодраматическая, линия романа, в которой за любовь выдаётся просто блестящий фантик, у меня вызывала и вызывает отторжение.

Но вот что меня зацепило в этой истории «любви» Равича и Жоан. Если в образе Жоан Маду писатель вывел Марлен Дитрих, то он либо не понял этой женщины, либо не захотел принять во внимание её истинную суть. Уж просто красивой пустышкой Дитрих никак не была. Она была женщиной умной, жёсткой, расчётливой (безусловно), цепкой. Я бы сказала, что у неё был определённо мужской характер. И свою жизнь и карьеру она строила вполне целенаправленно, зная себе цену. В отличие от Жоан, которая явно руководствовалась не умом, а каким-то животным инстинктом, который её носил по жизни без руля и без ветрил, куда кривая вывезет.

Не могу сказать, что мне нравится Марлен Дитрих. Скорее мне нравится Эрих Мария Ремарк – его цельность, ум, интеллигентность, начитанность. JХотя он и писатель из плеяды романтиков, изначально противоположный мне по мироощущению. Но, на мой взгляд, Марлен Дитрих тоже в жизни себя показала человеком цельным и любопытным. У неё есть чему поучиться. И уж точно она не была «пустышкой». Вот тому подтверждение (одно из).

Помните, в романе «Триумфальная арка» есть эпизод, в котором Равич, полночи просидев в ресторане в ожидании своего врага Хааке, отправляется бродить по ночному Парижу и случайно заходит в Лувр? Там он видит статую Ники Самофракийской, на которую садится невесть как залетевший в музейные залы ночной мотылёк. «Богиня победы и мотылёк-беженец» — эти символы тут же приходят на ум Равичу как отражение его собственной истории с Жоан. Хотя герой сразу заклеймляет эту символику «расхожей» и «дурацкой», писатель ведь вводит этот эпизод с умыслом, как очень наглядный для сюжета.

Так вот, у Марлен Дитрих есть парафраз к этой сцене. Не сомневаюсь, что она тоже его сделала с умыслом.

Примерно в те же студенческие годы я читала что-то вроде воспоминаний Дитрих. Книгу «Азбука моей жизни» выпустил «Вагриус» в 1995 году. Это было собрание заметок Дитрих по разным поводам, в алфавитном порядке. Рядом с заметкой о феномене модельера Кристобаля Баленсиаги Дитрих буднично рассуждала, скажем, о баклажанной икре (ведь все же знают, что она обожала готовить?). Но была там и заметка о всё той же Нике Самофракийской. Позвольте процитировать:

«В Лувре античные скульптуры стоят одна подле другой. Многочисленные Венеры, Афродиты и Дианы застыли в каменном безмолвии. Не ограничивайтесь их созерцанием. Достаточно отвести глаза от их округлых плеч и посмотреть вверх, чтобы увидеть чудо – Нику Самофракийскую. Ветер прижал к её телу плащ. Так что можно насладиться красотой её широких крыльев. В ней одной больше жизни и красоты, чем во всех античных статуях, стоящих внизу. Секрет прост. Нужно что-то делать, а не быть просто красивой. Другие античные героини просто стоят, а Ника стремится вперёд, олицетворяя победу!»

Не сомневаюсь, что ей очень льстила эта недвусмысленная параллель её самой с Никой, которую Ремарк провёл посредством образа Жоан. Однако вот это «Надо что-то делать» весьма много говорит о Марлен, верно? Уж она-то знала, что означает конкуренция и работа над собой в среде голливудских знаменитостей. И какой ценой там достаётся победа даже богиням. Так что Ремарк многое в ней упростил, перенеся в книгу. Очень надеюсь, что намеренно, а не от непонимания женской сути.

***

Резюмируя итоги знакомства с «Триумфальной аркой», я нахожу себя в некоторой растерянности. Понравился ли мне этот роман? И да, и нет (по описанным причинам). Планирую ли к нему возвращаться, перечитывать? Вряд ли.

Но книга определённо стоила прочтения – хотя бы просто потому, что позволила мне лучше понять себя, посредством вновь обнаружившейся неприязни к романтизму ещё чётче определить собственные интересы в чтении, связанные, как мне кажется, с личностными качествами. Да и роман просто сам по себе хорош, талантливо и местами хлёстко написан, что уж там говорить. Ремарк не зря стал крупным писателем своего века, даже классиком (ещё при жизни), что бы о нём не говорили некоторые современники-скептики (например, Фейхтвангер и Брехт). Антивоенный пафос Ремарка трудно переоценить. За одно это ему низкий поклон и вечная память.

Теперь самое время посмотреть обе экранизации «Триумфальной арки».

А вы читали роман? Любите Ремарка? Интересуетесь антивоенной литературой?

Ваша Ариаднина нить.

0

Автор публикации

не в сети 1 месяц

Ариаднина нить

3
Комментарии: 1Публикации: 151Регистрация: 27-08-2019

Добавить комментарий

Войти с помощью: